Школьница из Тбилисского района участвует в конкурсе «100 слов о войне»

Поддержим нашу землячку Ольгу Литвинову, ученицу 10 класса первой школы. Она участвует в краевом конкурсе «100 слов о войне». Проголосовать за нее можно здесь: https://vk.com/kubshus?w=wall-69513085_5963.

Ольга написала замечательное стихотворение:

Уголёк надежды
Горела керосиновая лампа,
Дрожащим пламенем тревожа темноту.
И на стекле хранила сажи пятна,
И согревала руки старику.
Морщинистые пальцы содрогались,
В глазах блестел чуть видный огонёк,
В улыбке тонкой губы изгибались,
А в сердце тлел надежды уголёк.
Ведь завтра жизнь очертит новым годом
Восьмой десяток старому бойцу,
Но дух его, открытый и свободный,
Совсем не принимает седину.
Геннадий путь прошел ногами длинный,
И для души его, испытанной судьбой,
Хватило огорчений едкой пыли,
И боли, как дымок с костров густой.
Геннадий воевал, летел к Берлину,
Но вот железный сокол был подбит,
Врага ракета не попала мимо -
Пилот, как камень, в озеро летит.
Он думал о семье, в душе прощался,
Жена и дети виделись ему.
Пилот сквозь слезы смерти улыбался.
Он думал: «Вот сейчас я и умру.»
Удар о воду. Копоть с едким дымом
Вздохнуть мешали. Кровь … но все прошло.
Стало так легко, и боль застыла,
Страх и самолет пошли на дно.
И рывок, последний, но нежданный.
Снова боль и вопль под водой.
Вот и воздух свежий, долгожданный,
Берег каменистый и пустой.
Не известно, сколько там Геннадий
Пролежал, в сознание приходя.
Полумертвым в плен его забрали,
Пробыл там он семьдесят три дня.
Стоны, крики, долгие страдания,
Голод, синяки и холода,
Дрожь в руках и труд по расписанию,
Слезы пленных, пытки без конца…
Но Геннадий выдержал давление
Не сломился и пришел домой,
От родного места упоение
Перебила яростная боль.
В дом открыта старенькая дверца,
А внутри лишь ветер-господин.
Пять ножей воткнулись прямо в сердце:
Жив из всех мальчишка лишь одни,
И его забрала тетя Маша -
Добрая, но бедная вдова.
Было трудно, голодно и страшно,
Но вдова ребенка берегла.
И Геннадий, горем истощённый,
Заметался, словно дикий зверь,
Смертью черноглазой пощажённый –
Без жены и четверых детей.
Боль терзала, жалила, въедаясь
И в глаза, и в сердце кислотой.
Но Геннадий, ей не покоряясь,
Выдержал и сыну стал стеной.
…………………………………..
Вспомнив это прошлое, Геннадий
Руки уже дряблые прижал
К голове, к своим белевшим прядям.
По лицу ручей вниз побежал.
И Геннадий медленным движением
Стер с морщин прозрачную слезу.
«У меня же завтра день рождения,
Сына своего к себе я жду,» -
Прошептал Геннадий и продолжил
Всматриваться в трепетный огонь,
Думая о сыне: «Мой хороший,
Завтра мы увидимся с тобой.»
Горела керосиновая лампа,
Дрожащим пламенем тревожа темноту.
И на стекле хранила сажи пятна,
И согревала руки старику.